March 31st, 2014

ганза

Где взять слова утешения?

«Ты давно говорила с N?» - «Давно. Говорят, от нее муж ушел, она очень переживает. Вот я и не звоню». - «Так надо позвонить, поддержать». - «А что я ей скажу?» Когда человеку плохо, вокруг него образуется пустота. Это вовсе не значит, что люди жестоки и эгоистичны. Просто они не знают, что делать.



Как я боролась с унынием

Родив второго ребенка, я сломалась физически - в буквальном смысле слова еле таскала ноги и категорически не соответствовала образу счастливой мамы. Это несоответствие причиняло страдания уже другого, морального характера. Сейчас я понимаю, что так «аукнулась» мне тяжелая беременность и не менее тяжелые роды. Но тогда я, как истинный неофит, была склонна винить во всем грех уныния. С ним и было решено бороться. Я отправилась в церковь, намереваясь честно исповедовать свое невеселое настроение, а в глубине души надеясь услышать слова поддержки и какой-нибудь пастырский совет. С тех пор прошло двадцать лет, а я и по сей день помню этот диалог со священником:

- Батюшка, у меня двое маленьких детей, как будто все хорошо, а радоваться не получается. Ничего не успеваю, ни с чем не справляюсь. И все время такое чувство, что я сижу запертая в клетке, а жизнь проносится мимо.

- Это вы в клетке? Побойтесь Бога! Я знаю женщин, которые с двенадцатью детьми за пять километров в церковь на службы ходят, а у вас всего-то двое...

Я представила себе пышущую здоровьем мать в туго затянутом на голове платке, этакую женщину с веслом с плаката 30-х годов, за которой бодро шагает дюжина краснощеких детишек. Было ясно, что до такого идеала я не дотяну никогда, а пока не дотяну, «позор, тоска – вот жалкий жребий мой». Жизнь окончательно зашла в тупик. Тогда-то меня и охватило настоящее уныние.

Здоровье постепенно поправилось, проблема разрешилась сама собой. Но разговор врезался в память и долго не давал мне покоя. Почему он не принес облегчения, а наоборот, усугубил и без того тяжелое душевное состояние?

В поисках ответа я стала обращать внимание на то, какие слова поддержки люди обычно говорят друг другу, и обнаружила, что общепринятые формулировки не просто не работают, часто они ранят еще сильнее. Хорошо, если можно помочь практически – достать лекарство больному, трудоустроить безработного, накормить голодного… А если такой возможности нет, и в нашем распоряжении остаются только слова? Тогда, пытаясь утешить, мы чаще всего только усугубляем боль. Иногда кажется, что сочувствие в принципе невозможно. Лучше уж отойти на время в сторонку и переждать, пока все само уляжется.

Не учите меня жить!
Очень приятно почувствовать себя в роли судьи. На этой жажде людей выносить приговоры успешно выстраивают свои сценарии многие ток-шоу. Стоит перед вами человек, делится своим горем, и – вот он, час торжества справедливости! – вы среди прочих собравшихся либо закидываете его камнями презрения, либо возвышаете голос в его защиту. Почему-то беда другого человека вызывает в первую очередь именно это желание - критически ее рассмотреть и дать оценку.

Разумеется, есть вещи, не подлежащие сомнению – смерть, тяжелая болезнь. Но я сейчас о проблемах повседневного, бытового характера.

- Ты чего к врачу ходила?
- Плохо себя чувствую в последнее время.
- Да ладно тебе! Как ни позвонишь, никогда дома нет, все где-то бегаешь. Всем бы так себя плохо чувствовать.

И попробуйте доказать своему собеседнику, что вас замучила гипертония или боли в суставах. Не поверит. Даже слышать не захочет. Потому что он лучше вас знает, что у вас все хорошо, что все ваши проблемы – пустые фантазии. И как человек неравнодушный он, разумеется, проявит «участие» – попытается вас образумить. Утешительно, не правда ли?

Давать советы и учить жизни тоже доставляет большое удовольствие. В этом случае формула сочувствия может выглядеть так: «Да, согласен, тебе нелегко. Но подумай, сколько людей живет еще хуже! И ничего». Иными словами, если вас предали, обманули, уволили с работы, вспомните о «голодающих африканских детях» - и боль как рукой снимет. Как, вы и после этого не чувствуете себя баловнем судьбы? Да как вам только не стыдно!

Не хотите ли пострадать со мной?

Есть много способов ускользнуть от сочувствия, подменить его чем-то менее обременительным - нравоучениями, критикой, ни к чему не обязывающим «держись!», в конце концов, просто молчанием. Тут изобретательность человеческая не знает предела, потому что сочувствовать действительно трудно.



Сострадать значит разделить чье-то страдание. Делясь своей болью, человек как будто спрашивает нас: «Не хотите ли вы немножко пострадать со мной?» Вряд ли такое предложение покажется кому-то заманчивым. Но секрет заключается в том, что без этого шага в чужую боль никакая поддержка невозможна. Потому что сочувствие – это не набор технических приемов.

Техники эффективного сочувствия не существует. Каждая ситуация индивидуальна и найти подход к конкретному человеку можно только одним способом – встать рядом с ним. Не рассуждать со своей колокольни о том, насколько адекватны его переживания (может быть, вам они кажутся пустяковыми), не сравнивать, не оценивать, не критиковать, а просто встать рядом и разделить, отодвинув на время свое «я» куда-нибудь на задний план. И тогда станет ясно, что делать, о чем говорить и как молчать. В противном случае мы неизбежно причиним человеку боль, потому что любые наши слова будут транслировать ему одно единственное сообщение: я не хочу тебя слышать.

Право на боль

Психологи утверждают, что человек, не понимающий себя, не в состоянии понять и другого. Следовательно, и понять чужую боль можно, только имея опыт переживания и осознания личной боли. А вот с этим как раз большая проблема. Потому что испытывать боль неприятно, страшно, вредно для здоровья. Намного проще от нее отмахнуться, сбежать от нее в развлечения, в еду, в алкоголь. Наконец, просто обмануть себя и сказать, что ее нет. Есть такое психологическое упражнение: если вы сейчас испытываете какую-то негативную эмоцию, попробуйте остановиться и осознать ее. Оказывается, это очень сложно, потому что оставаться один на один со своими тяжелыми переживаниями непривычно и страшно. А с чужими – и подавно не хочется.

Кстати, о здоровье. Американские психологи провели исследование, целью которого было выяснить влияние эмоций на физическое здоровье человека. Обнаружилась удивительная вещь: связь между здоровьем и эмоциями действительно наблюдается, но - только среди тех, кто отрицает свои негативные чувства. Вытесненные и непризнанные, они как будто мстят человеку, подрывая его организм изнутри. То есть чем старательнее вы убеждаете себя в том, что вам хорошо, когда вам плохо, тем хуже для вашего здоровья. А вот человек, который не игнорирует свою боль, а воспринимает ее как ценность, практически ничем не рискует. Его переживания претворяются в новый жизненный опыт, а не в тахикардию и язву желудка.

Однажды мне пришлось на три месяца расстаться со своими детьми и уехать в командировку в Швецию. Тогда еще не существовало Скайпа и даже электронная почта не была особенно популярна. Зато был факс. С его помощью мы и переписывались. Сын слал мне по факсу письма, дочка – рисунки. Казалось, все хорошо, я даже как будто не скучала по детям. Да и какой смысл скучать? Работа есть работа. Только почему-то стала болеть рука, да так сильно, что иногда невозможно было зашнуровать ботинки.

Как-то раз, когда я, стоя у факса, получала очередную порцию посланий из дома, ко мне подошла моя шведская коллега. «Детские рисунки? Какая прелесть!» - «Это мне мои дети письма пишут» - «Сколько им лет?» - «Сыну восемь. Дочке четыре». - «Представляю, как ты по ним скучаешь», - сказала коллега и коснулась моего плеча…

Весь рабочий день у меня в голове крутились ее слова. Скучаю? Разве я скучаю? А вечером я вдруг разрыдалась. Как будто кто-то открыл кран и дал вылиться той боли, которую я долго держала запертой где-то очень глубоко внутри. Впервые за несколько недель я почувствовала, что действительно скучаю, что меня измучила эта заграничная «ссылка», и я страшно хочу домой.

С этого дня я перестала быть роботом и позволила себе чувствовать. Теперь каждое мое утро начиналось с мысли о детях, по вечерам я подсчитывала дни, оставшиеся до возвращения к ним. А рука моя вскоре прошла совершенно, как будто и не болела никогда. Истинное сочувствие бывает целительно. Истинное сочувствие бывает.


Евгения ВЛАСОВА, при участии психолога Наталии ИНИНОЙ